если вкладываются другие. Смесь условников с меньшинством эгоистов объясняет типичную динамику: старт с приличных вкладов, медленный распад — и «воскрешение» кооперации при перезапуске игры.
Происхождение. Три кирпича. Типология игроков — Fischbacher, Gächter & Fehr (2001), «Are people conditionally cooperative? Evidence from a public goods experiment», Economics Letters 71(3): 397–404: метод «таблицы вкладов» даёт ~50% условных кооператоров и около трети фрирайдеров [1] [факт, проверен; Р-10 писал «~30% фрирайдеров», первоисточник формулирует «a third» — совместимо]. Распад вкладов как стилизованный факт — обзор Ledyard (1995) [2]. Эффект рестарта — Andreoni (1988), «Why free ride? Strategies and learning in public goods experiments», J. Public Econ. 37(3): 291–304: после «последнего» раунда игру неожиданно запускали снова — и вклады подскакивали обратно [3]. Реплицировано Croson (1996); у постоянных групп (partners) эффект сильнее [4].
Формальная структура. Повторяемая игра добровольных вкладов (VCM). Распад объясняется не «обучением эгоизму», а несовершенной условной кооперацией: условники подстраиваются вниз под наблюдаемых эгоистов, и средний вклад дрейфует к нулю.
Эмпирическая судьба: подтверждена и многократно реплицирована — одна из самых надёжных фишек всего поля [1][2][4]. Рестарт-эффект — главный аргумент против чисто «обучательного» объяснения распада: если бы люди просто выучивали безбилетничество, перезапуск ничего бы не менял [3]. Доля условников устойчиво воспроизводится по странам (с вариацией пропорций). Именно этот узел — механика, из-за которой сильная версия ПП-01 неверна как описание.
Витринный пример. Фандрайзинговые табло и публикация чужих взносов: сборы «с миру по нитке» растут, когда видно, что другие уже вложились, — прямое использование условной кооперации в дизайне кампаний.
Проверен на дату: 2026-08-23