*Оговорка (редактор,; источники дают три (2017–2026 — замедление, не смерть); имя файла оставлено ради ссылок соседей.
Узел углубляет КОП-СК-06 Коммунальные и энергетические кооперативы и КОП-СТ-02 Германия: оба уже зафиксировали, что ряды «907» (Yildiz, ≈начало 2014) и «1 024» (Kahla, конец 2016) — независимые подсчёты по разным базам, не единый ряд. Здесь находка углублена: внутри самой Yildiz есть ВТОРОЕ расхождение с рядом Kahla (см. «Волна 2»), а к 2014/2016 добавлен третий, независимый ряд DGRV (2021–2026, только члены союза), по которому на конец 2025 г. число обществ ещё растёт. Три ряда, три волны — узел не сводит их в одну кривую, разбирает по волнам отдельно.
[факт] По федерации сельских кооперативов Германии (со ссылкой на вторичный источник — Faust H., Geschichte der Genossenschaftsbewegung, 3-е изд., 1977 [ref. 32], который сам в этом узле не открывался) электрокооперативы — преимущественно сельские распределительные — были в 1930 году второй по величине группой внутри немецкого союза сельских кооперативов, насчитывая более 6 000 организаций: «With more than 6,000 firms, electricity cooperatives — mainly rural distribution cooperatives — were the second largest group within the German rural cooperative association in 1930» [сверено по: Yildiz_etal_2014…txt, строки 258–261 🟢, за исходную цифру «6 000» — 🟡, поскольку первоисточник ссылки [32] не открывался]. Около 40 из них «пережили процессы концентрации, последовавшие за 1920-ми и достигшие пика в 1930-х, и продолжили существование вплоть до либерализации рынков электроэнергии в 1998 году»: «Around 40 of these old electricity cooperatives survived concentration processes which followed the 1920s and reached a peak in the 1930s, and they continued through the liberalization of electricity markets in 1998» [сверено по: тому же файлу, строки 261–263 🟢].
[не найдено — охват: механизм убыли волны 1 не детализирован ни у Yildiz, ни у Kahla.] Статья не говорит, чем были «процессы концентрации» — слиянием, поглощением региональными электрокомпаниями, банкротством в Великую депрессию или административным укрупнением; «survived» и «continued through liberalization 1998» говорят лишь, что причина исчезновения 5 960+ обществ — не сама либерализация (она много позже) и не прямой регуляторный запрет формы. Узел сознательно НЕ достраивает картину из общего знания о немецкой электроэнергетике 1930-х (Energiewirtschaftsgesetz 1935 и принудительная концентрация в региональные монополии — правдоподобная, но ни разу не процитированная в источниках узла гипотеза) — кандидат на дозабор по первоисточнику Faust 1977. Поэтому волна 1 не даёт «регуляторный механизм смерти» с той же доказательностью, что волны 2–3.
[факт] Правовая основа новой волны — новелла Genossenschaftsgesetz (GenG) от 16 октября 2006 года, упростившая учреждение малых кооперативов; определение самого предмета исследования у Kahla et al.: «Energiegenossenschaften sind im Allgemeinen solche eGs, "deren Hauptzweck darin besteht, Aktivitäten im Energiesektor durchzuführen"» («энергокооперативы — это, как правило, такие eG, чья главная цель состоит в проведении деятельности в энергетическом секторе») [сверено по: Kahla_…2017.txt, строки 369–370 🟢, цитата из Holstenkamp 2012].
[факт] По реестровой базе авторов (поиск по электронному торговому реестру, Registergericht за Registergericht) число зарегистрированных энергокооперативов (Bestand) выросло со 147 на конец 2008 года до 1 024 на конец 2016 года: «Zum 31.12.2016 werden 1.024 eingetragene Energiegenossenschaften gezählt» [сверено по: тому же файлу, строки 1210–1211 🟢]. Темп новых регистраций по годам (Neueintragungen): 41 (2008) → 91 (2009) → 146 (2010) → 199 (2011) → 174 (2012) → 175 (2013) → 65 (2014) → 49 (2015) → 27 (2016); вычеркивания (Löschungen): 3 (2008→2009) → 2 (2009→2010) → 2 (2010→2011) → 2 (2011→2012) → 5 → 12 → 10 → 16 (2015→2016) [сверено по: тому же файлу, таблица «Tab. 3: Entwicklung der Zahl an Energiegenossenschaften in Deutschland», строки 1220–1278 🟢].
[гипотеза, не окончательно разведено] Второе, более тонкое расхождение рядов. СК-06 и СТ-02 уже зафиксировали, что итог Yildiz (907, ≈начало 2014) не складывается с итогом Kahla (1 024, конец 2016) — два независимых подсчёта близких лет. Но у самой Yildiz et al. есть ВТОРАЯ, внутренняя таблица (Table 1, «Regional Distribution by Years of Formation») по году ОСНОВАНИЯ (year of entry), а не регистрационной фиксации: 194 общества основаны в 2011-м, 190 — в 2012-м, 165 — в 2013-м (сумма периодов 907) [сверено по: тому же файлу, «Table 1», итоговая строка, строки 573–586 🟢]. Это не те же числа, что 199/174/175 у Kahla за те же три года: расхождение меньше, чем между итоговыми суммами 907 и 1 024, но есть, и демонстрирует ту же методическую развилку — год «основания» (Gründung) и год «регистрационной записи» (Registereintrag) — разные величины (см. «регистрационный лаг» ниже). Единицы счёта у двух коллективов ближе, чем итоговые суммы, но не тождественны.
[факт] Регистрационный лаг — оговорка авторов. «Durch den Rückgriff auf das elektronische Handelsregister und die Verwendung des Bürgerbegriffs bei der Recherche ist davon auszugehen, dass ältere Bürgerenergiegesellschaften tendenziell in geringerem Umfang erfasst worden sind; eine Verzerrung der Daten in dieser Hinsicht ist daher anzunehmen» («более старые общества, как правило, охвачены в меньшей степени; следует ожидать искажения данных») [сверено по: Kahla_…2017.txt, строки 426–429 🟢]; величину сами не оценивают: «lässt sich die Größe des Fehlers kaum abschätzen» [строки 429–430 🟢]. У Yildiz et al. график (Fig. 1) начинается только с 1980 года по той же логике [строки 297–299 🟢].
[факт] Причина торможения — регуляторная, названа прямо. «Mit der Einführung des Kapitalanlagegesetzbuches (KAGB) wurde zunächst eine große Verunsicherung unter Bürgerenergiegesellschaften und Energiegenossenschaften geschaffen» («с введением KAGB возникла большая неопределённость среди гражданских энергообществ и энергокооперативов») [сверено по: Kahla_…2017.txt, строки 1310–1312 🟢]. Неопределённость сняли позже разъяснением регулятора: энергокооперативы «gemeinhin nicht über eine festgelegte Anlagestrategie verfügen, damit also kein Investmentvermögen im Sinne des § 1 Abs. 1 KAGB darstellen» [строки 1313–1315 🟢] — угроза юридически не реализовалась, но рынок уже отреагировал. Параллельно тарифы: «Nach dem PV-Boom in den Jahren 2009-2011 wurde das Wachstum des PV-Marktes mit den EEG-Novellen 2012 und 2014 gebremst» («после бума ФЭС в 2009–2011 рост рынка был заторможен новеллами EEG 2012 и 2014») [строки 1316–1318 🟢]. Разворот авторы датируют серединой 2013 года, до формальной статистической точки перелома: «das Ende des Gründungsbooms schon 2013 (genauer: Mitte 2013…)» [строки 1308–1309 🟢].
[факт] Сдвиг правовой формы: eG уступает GmbH & Co. KG. До новеллы GenG 2006/2007 почти все новые общества создавались как GmbH & Co. KG; после неё резко выросла доля eG [строки 643–647 🟢]. К 2016 году маятник качнулся обратно: «Mit nur 26 neugegründeten Genossenschaften in 2016 hat der Wert einen Tiefpunkt seit 2007 erreicht. Mit 65 GmbH/UG & Co. KG Neugründungen liegt der Wert 2016 deutlich höher» [строки 650–652 🟢]. Структура всей базы: 54,6 % eG, 36,6 % GmbH/UG & Co. KG, 6,2 % GmbH/UG, 2,6 % прочие [строки 698–701 🟢]. Авторы связывают сдвиг с технологией: ветропроекты (крупнее, чаще проектное финансирование) идут через KG чаще, чем через eG — параллель [КОП-МХ-04](КОП-МХ-04_Конверсия_инициатор_и_исход.html) и сдвигу к GmbH & Co. KG под ветропроекты, отмеченному в [КОП-СТ-02 Германия](КОП-СТ-02_Германия.html).
[факт] По ежегодному опросу DGRV (зонтичный союз, охватывает только своих членов, не всю совокупность зарегистрированных eG) кумулятивное число регистраций с 2006 года растёт непрерывно: 8 (2006) → 24 → 67 → 161 → 272 → 439 → 589 → 718 → 772 → 812 → 831 → 855 → 869 → 883 → 896 → 914 → 950 → 1 038 → 1 102 → 1 153 (2025) [сверено по: первичка проекта, стр. 2 🟡]. Это кумулятивный ряд регистраций, не действующих обществ — разница с числом действующих членов DGRV на конец периода (1 020 на 31.12.2025) — около 133 организаций, выбывших из реестра союза за двадцать лет [расчёт узла, 🟡].
[факт] Число членов DGRV-энергокооперативов, в отличие от темпа проектов, продолжает расти: 835 обществ (2021) → 998 обществ / 220 000 членов (2025, Stichtag ≈31.12.2024) [цифры 998/220 000 сверены по HTML-версии новости DGRV, исходный PDF при OCR текста не дал — только маркеры страниц; 🟡] → 1 020 обществ / 230 000 членов на 31.12.2025 [сверено по: первичка проекта, стр. 10 🟡]. По счётчику членства DGRV совокупность НЕ сокращалась — выросла на 22 общества и 10 000 членов за год, что отличает третью волну от второй: там обвал ударил по числу обществ, здесь (пока) — только по доле планирующих новые проекты.
[факт] Доля обществ, планирующих новые проекты в следующем году, упала до пятилетнего минимума: 66 % (2021) → 69 % (2022) → 74 % (2023) → 62 % (2024) → 72 % (2025) → 60 % (2026) [сверено по: первичка проекта, стр. 9 🟡]. Диагноз союза дословно (новость 10.09.2026): «Die derzeitigen Rahmenbedingungen für neue Projekte von Energiegenossenschaften werden zunehmend schwieriger. Die Novelle des Erneuerbare-Energien-Gesetzes und das Netzanschlusspaket verunsichern die Energiegenossenschaften in ihren zentralen Geschäftsfeldern. Die Diskussion um die komplette Streichung der Einspeisevergütung und die Einschränkungen beim Netzanschluss bremsen genossenschaftliche Projekte und damit die regionale Energiewende» («нынешние условия для новых проектов усложняются; новелла EEG и пакет о подключении к сети создают неопределённость в центральных сферах деятельности; дискуссия о полной отмене компенсации за отдачу энергии в сеть и ограничения при подключении тормозят кооперативные проекты и региональный энергопереход») [сверено по: первичка проекта, строки 35–36 🟡]. Тот же механизм, что во второй волне — правовая неопределённость плюс угроза тарифу, — но здесь он ударил по темпу проектов раньше, чем по числу обществ.
[факт] Особенно чувствительна фотовольтаика — крупнейшее поле (79 % обществ на 2026 год) — там планы падают сильнее всего [сверено по: DGRV_2026…, стр. 8–9 🟡]; теплосети (≈треть обществ) стабильны: «Stabil bleibt der Trend im Bereich der Wärmenetze, in dem etwa ein Drittel der Energiegenossenschaften tätig ist» [строка 38 🟡]. Отдельный, более ранний ряд по одной лишь солнечной генерации показывает падение раньше и резче: 72 % планировали солнечные проекты в 2018 году, 54 % — в 2020-м, 38 % — в 2021-м, при общей доле «планируют хоть что-то» в 2021 году 66 % [сверено по: первичка проекта, строки 41–43 🟡] — то есть узкое поле (солнце) реагирует на регуляторный сигнал быстрее, чем портфель в целом.
Владеет — граждане-пайщики, оформленные как eG (реже — как узкий круг фермеров или иных участников); минимальный порог входа по DGRV 2026 — от 50 евро, среднее минимальное участие — 700 евро [сверено по: первичка проекта, стр. 5, 10 (PDFPAGE 5, 10) 🟡]. Производит — в первой волне: распределение электричества по сельской сети; во второй и третьей волнах: генерацию (в основном фотовольтаика и ветер, реже биоэнергия и вода) и, для части обществ, локальные тепловые сети [сверено по: Kahla_…2017.txt, Tab. 2, строки 742–775 🟢: PV 646 (42,6 %), Wind 655 (43,2 %), Bioenergie 94 (6,2 %), Wasser 11 (0,7 %) из 1 516 учтённых обществ]. Платит — членский пай плюс, где применимо, тариф на выкуп энергии государством (Einspeisevergütung по EEG) — это и есть тот рычаг, действие или отмену которого регулятор каждый раз меняет. Решает о доступе — сам кооператив при открытом членстве, но порог входа по факту имущественный (см. «Портрет члена» ниже) — граница здесь не юридическая, а финансовая, что прямо перекликается с находкой [КОП-ФА-06 Имущественный ценз входа](КОП-ФА-06_Имущественный_ценз_входа.html).
[факт] 2012 год (Yildiz et al., полевой опрос). База — 2 826 респондентов из 80 общинных энергоинициатив, из них 1 872 члена энергокооперативов по всей Германии и по всем видам ВИЭ [сверено по: Yildiz_etal_2014…txt, сноска 2, строки 684–687 🟢]. Возраст: 47 % — 35–55 лет, 42 % старше 55, только 12 % младше 35 [строки 665–666 🟢]. Пол: 80 % мужчины [строки 667–668 🟢]. Образование: 51 % с университетским дипломом [строка 670 🟢]. Доход: 71 % свыше 2 500 €/мес, 17,5 % — 1 500–2 500 €, 11,5 % — менее 1 500 € [строки 671–673 🟢]. Участие: 77 % считают кооператив демократичным («один человек — один голос»); но лишь 28 % постоянно присутствуют на собраниях, 24 % часто; 50 % называют себя активными в обсуждении, но 76 % НИКОГДА не предлагают идей, перекладывая это на правление; 96 % считают себя хорошо информированными [строки 676–696 🟢]. Интерпретация авторов: барьер не формальный (взносы низкие), а фактический — суммы всё же отсекают часть малообеспеченных, а люди с дипломом и так чаще состоятельны [строки 703–708 🟢].
[факт] 2025–2026 годы (DGRV, ежегодный опрос). Среднее число членов на общество — 400 (8 % — 3–50 членов, 16 % — 51–100, 28 % — 101–200, 9 % — 201–300, 17 % — 301–500, 22 % — свыше 500) [DGRV_2026…, стр. 3 🟡]. Состав: 95 % физлица, 2 % предприятия/банки, 2 % сельхозпредприятия, 1 % муниципалитеты/церкви [стр. 4 🟡]. Минимальный взнос — в среднем 700 € (26 % обществ — до 100 €, 22 % — 101–300, 31 % — 301–500, 10 % — 501–1 000, 11 % — 1 000–10 000) [стр. 5 🟡]. Фактическое участие на члена — в среднем 3 100 € (24 % до 1 001 €, 31 % — 1 001–2 500, 25 % — 2 501–5 000, 17 % — 5 001–10 000, 3 % свыше 10 000) [стр. 6 🟡]. Инвестиции на общество — в среднем 3,4 млн € [стр. 7 🟡]. Единица счёта: DGRV не публикует возраст/пол/доход/образование — два среза НЕ сопоставимы по социальному профилю, только по числу членов и деньгам; разрыв в 12–14 лет и смена методики (научный опрос vs опрос союзом своих членов) не позволяют достроить «текущий» социальный портрет по данным 2012 года [метка: скоропорт].
Оба задокументированных случая торможения (волна 2 и волна 3) имеют одинаковую структуру механизма: (1) кооператив не имеет прямого доступа к политическому решению о тарифе или правовом статусе; (2) государство меняет закон (EEG-новеллы 2012/2014, KAGB 2013; EEG-новелла 2027 и «пакет о подключении к сети» — Netzanschlusspaket, обсуждаемая отмена Einspeisevergütung) быстрее, чем кооператив успевает адаптировать бизнес-модель; (3) реакция кооперативного сектора — не немедленная смерть, а падение темпа новых регистраций/проектов, за которым с лагом следует рост вычеркиваний (волна 2) или которое пока не привело к падению числа обществ (волна 3, по состоянию на данные опроса 2025–2026 гг.). Для волны 1 тот же по форме вывод НЕ подтверждён источниками узла — см. «Открытые хвосты».
Волна 1 (1930→1998). - Что считается смертью: [не найдено — охват] — источник не говорит, что именно произошло с 5 960+ исчезнувшими обществами (слияние, банкротство, поглощение сетью, административное укрупнение). - Возраст живых/срок жизни умерших: не дан; выжившие ≈40 существовали не менее 68 лет к 1998 году, о их судьбе после 1998-го и на 2026 год источники этого узла не говорят. - Порог размера: не указан. - База сравнения: отсутствует — нет данных о выживаемости несельских или некооперативных электропоставщиков того же периода. - Конверсия = смерть: не обсуждается.
Волна 2 (2008→2016, по Kahla). - Что считается смертью: операционально — Löschung (вычеркивание из реестра); таблица по ВСЕМ гражданским энергообществам (не только eG) на конец 2016 г.: bestehend (действующие) 1 712 (94,22 %), Insolvenzeröffnung 2 (0,11 %), in Liquidation 33 (1,82 %), Fusion/Aufkauf 4 (0,22 %), aufgelöst/gelöscht 48 (2,64 %), geplant nicht realisiert 2 (0,11 %), gegründet-nicht eingetragen-aufgelöst 15 (0,83 %), Betrugsfall 1 (0,06 %); итого 1 817 (100 %) [сверено по: Kahla_…2017.txt, «Tab. 1», строки 504–535 🟢]. - Возраст живых/срок жизни умерших: не разведён по конкретному возрасту; видно лишь, что смертность концентрируется среди обществ пика волны (2009–2013), таблицы «возраст при смерти» нет. - Порог размера: не указан для умерших; по всей совокупности генерирующих кооперативов 2010–2012 гг. 62–69 % имели 3–100 членов [сверено по: Yildiz_etal_2014…txt, строки 626–632 🟢] — вероятно умирали малые, но прямого сопоставления источник не даёт. - База сравнения: есть и содержательна — смертность сконцентрирована в форме eG: «von den 52 Gesellschaften, die fusioniert oder gelöscht wurden, 34 Genossenschaften, 16 GmbH/UG (haftungsbeschränkt) & Co. KGs…» и «bei den 36 Gesellschaften, die in der Insolvenz bzw. in Liquidation sind… 33 Genossenschaften und nur zwei GmbH/UG & Co. KGs» [сверено по: тому же файлу, строки 604–608 🟢] — при сопоставимой численности eG её смертность на порядок выше, чем у GmbH & Co. KG. - Конверсия = смерть: НЕТ — строки «Umwandlung» и «geänd. UG» ведутся отдельно от «Löschungen», значения малы и знакопеременны (±1–2/год) [сверено по: тому же файлу, «Tab. 3», строки 1252–1266 🟢] — конверсия формы учитывается, но не засчитывается как смерть.
Волна 3 (2024→2025, по DGRV). Пять полей здесь неприменимы в полном объёме — источник фиксирует не убыль, а замедление: число действующих членов DGRV выросло (998→1 020), доля обществ, планирующих новые проекты, упала (72 %→60 %) — «смерть» в этой волне на момент замера не задокументирована, только замедление, что само по себе результат, а не брак замера [гипотеза, подкреплённая дизайном источника — не завершённый цикл].
Yildiz et al. 2014 и Kahla et al. 2017 — оба [исследование], оба открыты мной целиком, оба 🟢 (полный реквизит — в «Источниках» ниже). DGRV (все материалы 2021–2026) — [документ движения], не выше 🟡 по правилу дома: ежегодный опрос союза среди СОБСТВЕННЫХ членов, без независимой методологической части и без сырых данных — только агрегированные проценты на слайдах.
форма ≠ существо не применяется буквально (нет прикрытия частного бизнеса), но соседний узор [КОП-МХ-04](КОП-МХ-04_Конверсия_инициатор_и_исход.html) применим: сдвиг eG→GmbH & Co. KG под капиталоёмкие ветропроекты — адаптация формы под капитал, не дегенерация. скоропорт — весь узел: три волны на разных точках времени (1930/1998, 2008–2016, 2024–2026), регуляторная база (EEG, KAGB) переписывается почти ежегодно, данные волны 3 по определению неполны (цикл EEG 2027 не завершён). единица счёта — трижды: «6 000»/«40» волны 1 без метода первоисточника; «907» (год основания) vs «1 024» (конец года по реестру) — разные методики близких лет; DGRV считает только своих членов, Kahla — весь реестр eG — разные генеральные совокупности, разница ≈133 общества на 2025 год не читается узлом как «смерть».
Где источник называет причину — инициатор регулятор, но по-разному: волна 1 — причина не названа вовсе; волна 2 — регулятор через смену тарифа (EEG-новеллы 2012/2014) и временную неопределённость статуса (KAGB 2013, снятую поздним разъяснением); волна 3 — регулятор через три канала разом (обсуждаемая отмена Einspeisevergütung, пакет о подключении к сети, новелла EEG 2027 — по формулировке самого DGRV). Ни в одном случае источники не называют инициатором ни сами кооперативы (раскол, как в [КОП-КС-09](КОП-КС-09_Fagor_2013.html)), ни рынок в узком смысле — регулятор единственный названный инициатор.
ГП-3 v2 (право на конверсию и запертые резервы). Подтверждает косвенно: узел не нашёл конверсии энергокооператива в АО ради разовой выплаты (как building societies, [КОП-КС-05](КОП-КС-05_Building_societies_UK_1986-2009.html)) — вместо этого другой канал той же переменной: сдвиг НОВЫХ обществ от eG к GmbH & Co. KG под капиталоёмкие проекты (волна 2) — учредители заранее выбирают форму под режим капитала, не конвертируют существующий кооператив задним числом. Проверяется зеркальное отражение ГП-3: не будь альтернативной формы, шок волны 2 (199→27), вероятно, реализовался бы полнее в вычеркиваниях.
ГП-7 (имущественный ценз входа). Подтверждает прямо: взносы формально низкие (от 50 €, среднее 700 €), но профиль 2012 года — 71 % с доходом >2 500 €/мес, 51 % с дипломом, 80 % мужчины — показывает фактический ценз при низком формальном пороге; авторы сами: «required amounts for membership pose in some cases an obstacle for individuals with restricted financial budgets» [строки 705–707 🟢] — параллель [КОП-ФА-06 Имущественный ценз входа](КОП-ФА-06_Имущественный_ценз_входа.html) и [КОП-СК-06](КОП-СК-06_Коммунальные_и_энергетические_кооперативы.html).
| Величина | Единица счёта / знаменатель | Популяция | Год | Источник | Статус/метки |
|---|---|---|---|---|---|
| >6 000 → ≈40 | число юридических лиц (электрокооперативов) | сельская электрокооперация Германии | 1930 → 1998 | Yildiz et al. 2014, строки 258–263 (исходная цифра — со ссылкой на Faust 1977, не открыт) | 🟢/🟡, единица счёта, смерть не детализирована |
| 907 | действующих энергокооперативов (по году основания, Table 1) | вся Германия | ≈начало 2014 | Yildiz et al. 2014, Table 1, строки 573–586 | 🟢, не складывать с 1 024 |
| 194 / 190 / 165 | новых обществ по году ОСНОВАНИЯ за 2011/2012/2013 (Table 1) | вся Германия | 2011–2013 | Yildiz et al. 2014, Table 1 | 🟢, не тождественно ряду Kahla за те же годы |
| 199 / 174 / 175 | новых регистраций по году РЕГИСТРАЦИИ за 2011/2012/2013 (Tab. 3) | вся Германия | 2011–2013 | Kahla et al. 2017, строки 1242–1251 | 🟢, ряд по регистрационной, не по фактической дате основания |
| 41→91→146→199→174→175→65→49→27 | новые регистрации по годам, 2008–2016 | вся Германия (реестр eG) | 2008–2016 | Kahla et al. 2017, Tab. 3, строки 1220–1278 | 🟢, пик 2011, спад к 2016 |
| 3→2→2→2→5→12→10→16 | вычеркивания по годам, 2008–2016 | вся Германия (реестр eG) | 2008–2016 | Kahla et al. 2017, Tab. 3 | 🟢, рост с 2012 |
| 1 024 | действующих энергокооперативов (Bestand, реестр) | вся Германия | 31.12.2016 | Kahla et al. 2017, строки 1210–1211 | 🟢, не складывать с 907 |
| 1 712 из 1 817 (94,22 %) действующих; 33 в ликвидации, 2 в начатом банкротстве, 48 вычеркнуты, 4 слиты/куплены | статусы всех гражданских энергообществ (все правовые формы), Tab. 1 | вся база Leuphana (все формы) | конец 2016 | Kahla et al. 2017, строки 504–535 | 🟢, пять полей — источник смертности разбит по статусам |
| 33 из 36 в несостоятельности/ликвидации — eG; 34 из 52 слитых/вычеркнутых — eG | смертность по правовой форме | та же база | конец 2016 | Kahla et al. 2017, строки 604–608 | 🟢, база сравнения по форме — смертность сконцентрирована в eG |
| 26 новых eG vs 65 новых GmbH/UG & Co. KG | новые общества по форме | вся Германия | 2016 | Kahla et al. 2017, строки 650–652 | 🟢, впервые KG обгоняет eG по числу новых |
| 54,6 % eG / 36,6 % GmbH-KG / 6,2 % GmbH / 2,6 % прочие | доля правовых форм в базе | вся база гражданских энергообществ | на конец 2016 | Kahla et al. 2017, строки 698–701 | 🟢 |
| 8→24→67→161→272→439→589→718→772→812→831→855→869→883→896→914→950→1038→1102→1153 | кумулятивные регистрации с 2006 года (только члены DGRV) | энергокооперативы — члены DGRV | 2006–2025 | DGRV 2026, стр. 2 (PDFPAGE 2) | 🟡, документ движения, кумулятивный, не тождественен ряду Kahla |
| 998 / 220 000 → 1 020 / 230 000 | обществ / членов, только DGRV | члены DGRV | 2024→2025 | DGRV 2025 (через новостную страницу) / DGRV 2026 | 🟡, рост, не убыль |
| 66 % → 69 % → 74 % → 62 % → 72 % → 60 % | доля обществ, планирующих новые проекты в следующем году | члены DGRV | 2021→2026 | DGRV 2026, стр. 9 (PDFPAGE 9) | 🟡, минимум за 5 лет в 2026 г. |
| 3,6 млрд € инвестиций; 8 ТВт·ч; ≈3 млн т CO₂ избегнуто; 230 000 членов; 1 020 обществ | сводные показатели | члены DGRV | 2025 (данные на 31.12.2025, опрос опубл. 09.2026) | DGRV 2026, стр. 10 (PDFPAGE 10) | 🟡 |
| 700 € минимальный пай (в среднем); 3 100 € фактическое участие на члена; 3,4 млн € средний объём инвестиций на общество; 400 членов в среднем на общество | финансовый профиль | члены DGRV | 2025 | DGRV 2026, стр. 3, 5–7 (PDFPAGE 3, 5–7) | 🟡 |
| 95 % физлица, 2 % предприятия/банки, 2 % сельхозпредприятия, 1 % муниципалитеты/церкви | состав членов по типу | члены DGRV | 2025 | DGRV 2026, стр. 4 (PDFPAGE 4) | 🟡 |
| 80 % мужчины; 47 % 35–55 лет, 42 % >55, 12 % <35; 51 % с высшим образованием; 71 % доход >2 500 €/мес | социальный профиль членов (полевой опрос) | 1 872 члена энергокооперативов из 2 826 респондентов, 80 инициатив | опрос 2012, публ. 2014 | Yildiz et al. 2014, строки 664–673 | 🟢, разрыв 12–14 лет с DGRV-данными — не сопоставлять напрямую |
| 28 % постоянно на собраниях, 24 % часто; 50 % активны в обсуждении, но 76 % никогда не предлагают идей; 77 % считают кооператив демократичным; 96 % чувствуют себя информированными | участие и восприятие демократии | те же 1 872 члена | 2012 | Yildiz et al. 2014, строки 676–696 | 🟢 |
| 835 (2021) → 998 (2024) → 1 020 (2025) обществ; солнечный ряд планов 72 %(2018)→54 %(2020)→38 %(2021) | рост числа обществ vs узкий ряд по солнечной генерации | члены DGRV | 2018–2025 | первичка проекта, строки 41–43 | 🟡, см. текст «Волна 3» |
Уточняет режим 8 (ПМ-13): жизнеспособность энергокооператива — функция регуляторной ренты (тариф, правовой статус), не формы; пара к [КОП-СК-06](КОП-СК-06_Коммунальные_и_энергетические_кооперативы.html) — там REA как непрерывная девяностолетняя рента удержала форму в США, здесь рента то давалась, то отбиралась, и форма дважды почти исчезала, а третий раз тормозится тем же способом. Кандидат в [КОП-ФА-04](КОП-ФА-04_Господдержка_в_обе_стороны.html): рост и обрыв волны 2 синхронны с EEG-новеллами, не с рыночным спросом. Для МХ-13 Общинное самоуправление — открытый вопрос: достижим ли тот же территориальный эффект (8 ТВт·ч) иной формой при той же ренте — ответа в источниках нет. Портрет члена (71 % доход >2 500 €, 80 % мужчин) — опора для [КОП-ФА-06](КОП-ФА-06_Имущественный_ценз_входа.html): открытое по уставу членство не значит открытое по факту.
КОП-СК-06 Коммунальные и энергетические кооперативы (сектор, пара КС-12↔КС-13, откуда унаследованы обе базовые цифры волны 2) · КОП-СТ-02 Германия (полный немецкий кейс, откуда унаследовано расхождение 907/1024) · КОП-КС-12 (электрокооперативы США — REA как противоположный урок про непрерывность ренты) · КОП-КС-05 Building societies UK (пара по ГП-3: право на конверсию) · КОП-КС-06 S and L США (инициатор-регулятор — параллельный, но по другому каналу: докапитализация, не тариф) · КОП-МХ-04 (конверсия: инициатор и исход — сдвиг eG→GmbH & Co.KG) · КОП-ФА-04 (господдержка в обе стороны — главный получатель находки этого узла) · КОП-ФА-06 Имущественный ценз входа (портрет члена — прямое подтверждение) · ПМ-13 Типология режимов обеспечения, МХ-13 Общинное самоуправление (ядро ОБ).
2026-09-21.
отвечено 0 из 4
1. Сколько сельских электрокооперативов Германии существовало в 1930 году, и сколько дожило до либерализации рынков электроэнергии в 1998 году?
2. Что стало общим знаменателем торможения второй волны (2006–2016) и третьей волны (2017–2026) энергокооперативов Германии?
3. Чем принципиально отличается третья волна (2017–2026) от второй (2006–2016) по характеру спада?
4. Социальный портрет членов энергокооперативов по полевому опросу 2012 года (71% с доходом свыше 2500 €/мес, 51% с высшим образованием, 80% мужчины) — при формально низком взносе (от 50 €). Что это говорит о характере входного барьера?